...Известие о пропаже ребенка всполошило детдом. Срочно вызванный наряд милиции занялся поисками в округе. И тут детдомовского директора осенило:
- Надо выяснить, где его мать!
Подняли документы: Елену Семаеву только что освободили из тюрьмы досрочно - за хорошее поведение. Восемь месяцев недосидела.
Оперы нашли мать и мальчишку в Димитровграде. Увидев милицию, женщина прижала сына к себе:
- Хоть убейте, не отдам Толика!
Тут же рыдал дед. Милиционеры прослезились и вышли.
Через месяц Лена сама вернула сына в детдом.
Мечтать о Толике мать начала в тюрьме
Жизнь Ленки Семаевой с самого начала складывалась абы как. Ее мать умерла, когда девочке и четырех годиков не исполнилось, а отец, оставшись с двумя маленькими дочурками, решил отдать Лену в интернат. Девчонка рано начала курить, вымогала у сверстников деньги. Правда, на эти деньги она покупала больному отцу подарки - именно поэтому воспитатели ее жалели и не сильно строго наказывали. Но скоро воровство стало для Ленки делом привычным.
Первый раз она попала в колонию для несовершеннолетних за 12 лет. Годик отсидела, вышла, начала все по новой. 19-летней снова загремела на два года за решетку, но уже не с 'малолетками', а со взрослыми, опытными тетками. Натерпелась всякого: побои, унижения, голод. С ней в одной камере сидела беременная женщина. Ленка почему-то прониклась к 'брюхатой' состраданием. Вскоре в колонии родился малыш.
- Да это же ангел! - умилялась Семаева, глядя на кроху.
Выйдя на свободу, она мечтала только об одном - завести собственного малыша. Познакомилась с Виктором. Он тоже только вышел из тюрьмы. Появившегося на свет сына назвали Толиком. Фамилию ему дали отца - Тарасов. Виктор и Лена были счастливы. Они сняли квартирку в Ульяновске. Он устроился на работу, она занималась хозяйством.
Семья распалась через пару лет. Виктор загулял, перестал ночевать дома, не появлялся на работе. Лена забрала сына и вернулась назад к отцу.
Крушение семейного счастья Лена заливала водкой. Были минуты, когда ей хотелось умереть. Останавливало одно - сын. Когда она начинала рыдать, Толик плакал вместе с нею: 'Не надо, мама, все у нас будет хорошо. У тебя есть я. Я тебя очень люблю!'
Мать обещала сыну исправиться в тюрьме
В колонию на четыре года и восемь месяцев Ленка попала за кражу. С дружком вытащила у прохожего большую сумму денег 'на жизнь'. Прощаясь с Толиком, она молила его не забывать о мамочке, обещала писать письма, исправиться. Толику тогда было семь. Сразу же после ареста матери мальчика забрали в детдом - у деда астма, за внуком смотреть не может, решили власти.
...Читаю Ленины письма сыну и отцу. Их много-много, наверное, больше сотни. Сердце заходится - столько в этих строчках боли и раскаяния!
'Толя, милый мой сыночек, прошу, не повторяй моих ошибок. Не дружи с плохими друзьями, они до хорошего не доведут. В тюрьме колючая проволока, собаки'...
В ответ Толик писал маме о своей несвободе: 'Наверное, в детдоме лучше, чем в тюрьме. Здесь вкусная еда, добрые тети и дяди. Но здесь нет тебя, мама. И здесь тоже нельзя выходить за ограду. И гулять разрешается только во дворе'.
В тюрьме у Лены обострилась язва желудка. Четыре сложнейшие операции, большая потеря крови, гноящаяся рана. Она была уверена - вот и пришел конец страданиям. Перед смертью надеялась увидеть сына, но Толика из детдома к ней не отпустили. Тогда мать выкрала у медсестры пузырек каких-то таблеток и собралась их выпить. И тут в палату принесли письмо от сына.
Так - от письма к письму - мать и сын прожили четыре долгих, мучительных года. Словно на краю пропасти, между адом и раем.
Отравленные свободой
- Почему я решила ребенка украсть? - объясняет Лена. - Боялась, что не отдадут они его мне - скажут, мол, зека!
Толик прожил у матери всего месяц. Сначала все хорошо складывалось: Лена на себя хозяйство взяла, за сыном как следует присматривала, в школу его оформляла. Но... стоило старым подружкам заглянуть с бутылочкой водки, и Ленка вновь взялась за старое.
Толик со слезами ее умолял: 'Мамка, брось пить, а то уйду!' Она по трезвянке пообещает больше ни глоточка в рот не брать, а на следующий день снова к подруге убежит.
Толик терпел-терпел, а когда мать какого-то мужика в дом привела, не выдержал: 'Все, мамка, вези меня обратно в детдом! Пусть мне будет плохо, но, может, тогда ты поймешь и бросишь пить'.
'Толик у нас чудесный парень! - вздыхает дед Михаил Иванович. - Добрый, ласковый, покладистый. Мне с ним так легко! Он и за водой сходит, и чайник вскипятит, и 'голландку' истопит. Что удивительно, все он правильно понимает. Вот, насмотрелся на пьяную мать и мне говорит: 'Я, дедуля, никогда этой дряни даже в рот не возьму! И курить не буду'. Принципиальный!'
Много ли нужно Толику для счастья?
Передо мной сидел, сжавшись в комочек и опустив голову, словно зверек, пойманный в сети, мальчишка. При каждом слова 'мама' брови мученически сдвигаются к переносице. 'Детское счастье' - жвачку - принял без тени улыбки, равнодушно положил в рот и несколько минут держал, не жуя. Казалось, обрадовать его просто невозможно.
- Толя, ты веришь, что мама исправится?
- Верю. - Он сердито поморщил лоб. - Когда она пришла ко мне в детдом, я ее не узнал, думал, какая-то тетенька очень худая и бледная. Но ее голос сразу вспомнил. Думал, что она стала хорошей. А она опять пить стала. Вот я от нее и ушел.
- Понимаете, от друзей и подружек, готовых налить стаканчик, не убежишь, - вмешался в разговор директор детдома Николай Дмитриевич.
- Так ведь можно уехать от них куда-нибудь подальше, в другой город!
- В Ключищи! - Глаза Толика загорелись, на щеках выступил румянец. Он первый раз за весь наш разговор улыбнулся.
- Почему в Ключищи?! - воскликнула я с директором в один голос.
- Там сейчас живет мой отец с бабушкой и дедушкой.
- Ты помнишь своего отца?
- Очень хорошо помню! - гордо ответил мальчик. - И часто думаю о нем. Он не навещает меня, но, конечно, помнит. Вот мама бросит пить, и можно будет уехать вместе с ней к папе...
Господи, как, оказывается, мало нужно для счастья Толику!
Толик с восторгом продолжал объяснять, как бы было всем им - маме, папе и ему - хорошо вместе! Казалось, он нашел выход из тупика, в который угодил по вине непутевых родителей. Он ухватился за шанс стать счастливым, как утопающий за соломинку.
Ни у меня, ни у директора детдома не хватило смелости разубедить мальчишку - в жизни мечты сбываются не всегда...